Часть 1. История одного отступничества
Он был писателем, композитором, богословом, реформатором и, вероятно, самым известным деятелем церкви XVI столетия. Его звали Мартин Лютер.
Немецкий народ любил этого человека, а иерархии Римской католической церкви ненавидели его. Будучи сыном обыкновенного рудокопа, Мартин Лютер стал зачинателем, вероятно, самого значительного религиозного, социального и политического переворота в истории Европы – реформации.
Европейцы, жившие в начале XVI века, вряд ли подозревали о грядущих переменах, которые вот-вот должны были разрушить их средневековые представления о жизни. Подсчитано, что примерно 80% из них занимались обработкой земли как и их отцы, и деды на протяжении столетий. Между тем, становилось ясно, что скоро наступят коренные изменения. Их предвестниками были изобретения книгопечатания Иоганном Гуттенбергом, производство бумаги, всеобщее стремление к знаниям, которое разбудило в людях эпоха Возрождения.
До 1450 года в Европе насчитывалось менее 100 тыс. книг. К 1500 году их число стало неизмеримо больше и приблизилось к 9 млн. Благодаря печатному станку Гуттенберга, Библию могли теперь читать не только богатые люди и духовенство. Став также достоянием простых людей Священное Писание начало рассеивать тьму, в которой пребывала Европа.
Средневековая церковь господствовала над королями и их подданными, она распространила свое влияние на каждую деревню, город, подчинив себе судопроизводство, получив власть над жизнью всего народа. Однако практика этой церковно-политической системы явно не согласовывалась с христианскими идеалами. В Европе в ту пору было много малообразованных, нерадивых и охочих до легкой жизни священников и монахов, которые зачастую были более заинтересованы в личной выгоде, получаемой от занимаемой должности в священнической иерархии, чем в духовном благополучии тех людей, которым они были призваны служить.
Епископы и аббаты в своей роскоши соперничали с королями. Епископаты, то есть территории, контролируемые епископом, продавались тем, кто предложит большие деньги. Фактически, жизнь многих представителей духовенства стала позором для церкви.
Людей учили, что, если они регулярно исповедуются у священника, не забывают о пожертвованиях, посещают мессу, совершают паломничества к святым местам или практикуют самоистязания, спасение им обеспечено. К XVI веку церковь утратила простоту, скромность и духовную силу раннего христианства.
Каким же образом произошла такая перемена? Первые христиане распространили по всей Римской империи радостную весть об Иисусе Христе из Назарета, Его жизни, смерти, воскресении и вознесении. Они верили, что спасение способен принести лишь Христос и что этот дар можно обрести по благодати Божьей через веру. Верующие в это составляли Его церковь, но вскоре ранней христианской церкви суждено было подвергнуться испытаниям.
Первый удар был нанесен извне. Римские императоры, такие как Нейрон, Троян и Диаклитиан уничтожили тысячи христиан за их веру. В Колизее, например, многих последователей Христа бросали на растерзание многим зверям под крики и рукоплескания восторженной публики.
Однако наибольшая опасность грозила церкви изнутри. В Деяниях Святых Апостолов Павел предостерегает епископов или руководителей церкви, говоря, что из их рядов восстанут люди, которые начнут проповедовать ложные учения и увлекать народ Божий за собой. Во втором послании к Фессалоникийцам он предупреждает церковь о грядущем восстании, которое покажет, кто есть человек греха, противящийся и превозносящийся выше всего, называемого Богом или Святынею.
Утверждая это, Павел опирался на пророчество Ветхого Завета. За столетие до него пророк Даниил в седьмой главе своей книги описывал появление четырех мировых империй, представленных символически в виде четырех больших зверей: льва, медведя, четырехглавого барса и ужасного зверя с десятью рогами, которые выходили из моря.
Пророк указывал на то, что четвертое царство окажется сильнее всех остальных. Однако впоследствии оно будет поделено на 10 меньших царств. Из этих десяти царств, представленных в виде десяти рогов, росших на голове четвертого зверя, выйдет новый рог или царство, которое будет внушительнее прочих. Оно будет бороться против народа Божьего, будет производить высокомерные слова против Бога и даже возмечтает отменить праздничные времена и Закон.
Самый древний, наиболее последовательно написанный комментарий на книгу Даниила принадлежит богослову Ипполиту – блестящему ученому III века новой эры. Он был одним из многих, кто отождествлял великое четвертое царство в пророчестве Даниила с Римом. Этот ученый муж утверждал, что падение Рима станет следующим эпохальным событием, после которого появится антихрист. Известно, что, уже начиная со II века, христиане молились о сохранении Римской империи, чтобы отдалить время пришествия антихриста.
И действительно, в соответствии с этим пророчеством, в Римской империи появилась такая власть. Среди епископов, которые были ответственны за местные церкви, епископ Рима постепенно занял особое положение став главою над всеми остальными служителями Божьими.
Примерно в тоже время в церковь стали проникать обычаи, которые не соответствовали вере Апостолов. Например, было введено почитание ангелов и святых, поклонение иконам и мощам, соблюдение воскресения постепенно заменило празднование седьмого дня – Субботы; появилось учение о чистилище, верующие стали молиться Марии и святым. Церковь учила, что хлеб и вино на Вечере Господней превращаются в истинные плоть и кровь Христа. Месса, таким образом, становилась жертвоприношением. Вместо простого, непосредственного обращения к Богу за прощением грехов христиане стали исповедоваться священникам. Только тот, кто пытался загладить свой грех добрыми делами, получал у церкви прощение.
За дары и услуги, оказанные церкви, папа и его епископы расплачивались так называемыми индульгенциями. Последние предполагали сокращение времени мучений грешника в огне чистилища или даже вовсе отменяли их. Отвергая великую библейскую истину о спасении верой, церковь раздавала заслуги Христа, девы Марии и святых путем выдачи письменных гарантий, подтверждавших, что человек освобождается от мук чистилища. Избежать длительных страданий в чистилище можно было исполнением таких видов работ, как, скажем, ремонт церкви, строительство моста, огораживание леса или посредством определенного числа молитв и паломничеств в места, где выставлялись для обозрения мощи святых.
Вскоре после избрания папы Льва X Микеланджело представил ему завершенный проект базилики Святого Петра в Риме, а продажи индульгенций, оказалось, в высшей степени удачным способом покрытия огромных расходов, связанных с осуществлением этого проекта.
В Германии это ответственное и прибыльное дело папа поручил доминиканскому монаху Иоганну Тетселю. Его прибытие в 1517 году к стенам саксонского города Виттенберга дало толчок событиям, которые до основания потрясли римскую церковь.
Церковь XVI столетия действительно ушла от истинной веры и срочно нуждалась в реформе, однако для этого необходим был человек, который обладал бы огромным мужеством, чтобы выступить против могущественнейшей религиозной организации мира! Мартин Лютер был как раз таким человеком.
Это произошло вечером 31 октября 1517 года накануне праздника всех святых. Именно в этот день Мартин Лютер прибил свои 95 тезисов к дверям Виттенбергской церкви.
Момент был выбран исключительно удачно, поскольку на следующий день в церкви собрались паломники, желавшие лицезреть необычайные собрания реликвий, принадлежавших курфюрсту Саксонии Фридриху Мудрому. Демонстрировались: кусочек дерева – якобы часть Ноевого Ковчега, сажа из огненной печи Вавилонской, фрагмент Вифлеемских яслей, хлеб с последней Вечери, ветка с пылающего куста Моисеева и более 19 тыс. костей святых. Наибольшее значение предавалось тем предметам, взглянув на которые грешник тут же сокращал время пребывания в чистилище общим сроком на 1 902 202 года и 217 дней.
Лютер, обнародовав свои тезисы, думал, что они станут предметом обсуждения только в академических кругах и не учитывал возможности Гуттенберговских печатных станков. Через 2 недели его тезисы, направленные против торговли индульгенциями и засилий папской власти читала вся Германия, а несколько месяцев спустя о них знал уже весь христианский мир.
Для Лютера учение католической церкви об отпущении грехов путем купли-продажи индульгенций было просто невыносимо. В свое время в неустанных попытках обрести Божье прощение этот молодой монах дошел до состояния психического и физического изнеможения: «Если кто из монахов своими подвигами мог заслужить Царство Небесное и я, несомненно, имел бы на то право». Однако углубленное чтение Нового Завета привело его к потрясающему открытию. Молодому католическому монаху открылась истина: прощение грехов есть Дар Божий и его нельзя ни заработать, ни купить. Открытие славной истины о спасении посредством одной лишь веры стало краеугольным камнем реформации. Лютер со всей ясностью понял, что священник никак не может быть посредником между Богом и Его народом, на чем настаивала церковь. Как же он пришел к подобному убеждению? Он обнаружил его не в эдиктах пап и соборов, а на страницах одного Писания, Solo Scriptura.
Папская власть во взглядах этого «диавола в монашеской сутане» видела угрозу своему благоденствию. В результате в июне 1520 года он был отлучен от церкви, а его сочинения бросили в огонь.
В это время Лютер внимательно исследовал в Священном Писании пророчества Иисуса, Даниила, Павла, Иоанна относительно явления антихриста. Особенно привлекали его внимание главы седьмая и восьмая Книги Пророка Даниила и описание Апостолом Павлом человека греха во второй главе второго послания к Фессалоникийцам.
В начале 1521 года Лютер опубликовал свое первое сочинение посвященное пророчествам. Фундамент реформации должен был быть утвержден на основе пророческой истины. Отождествляя папу Римского с антихристом, Лютер вторил тому, что говорили многие известные ученые, исследовавшие Библию до него. Например, проповедник из Богемии Иоанн Милих, который 150 годами раньше вывесил на древнем Храме Святого Петра в Риме свое обращение, гласившее, что антихрист уже водворился в церковь.
Едва ли существует в мире что-либо более убедительное, чем исполняющиеся пророчества. Укрепленный сбывшимся пророчеством Даниила, Лютер теперь был готов к новому главному испытанию.
В конце марта 1521 года новоизбранный Император Священной Римской Империи Карл V потребовал его прибытия на Собор, заседавший тогда в Вормсе.
Сидя на соломе в простой деревенской повозке Лютер в окружении друзей въехал в бурно приветствовавший его город. Интересно, а как бы это выглядело сегодня…
Слушание дело состоялось не далеко от большого Кафедрального Собора, некогда великолепное здание теперь больше не существует, но 400 лет тому назад это было идеальное место для подобного рода слушаний. Сегодня здесь находятся сад и памятная доска.
Никогда прежде не доводилось обыкновенному монаху стоять перед столькими владыками государств, князьями, дворянами, послами и прелатами церкви. Единственной поддержкой и опорой Лютеру был Сам Христос и Священное Писание. Вместо того чтобы отречься от своих произведений, этот мужественный человек произнес слова, которые потрясли мир: «Пока я не буду убежден Священным Писанием и доводами разума, ибо я отвергаю авторитет пап и соборов, поскольку они противоречили друг другу. Совесть же моя покорена Слову Божьему! Я не могу отречься и не отрекусь ни от чего, ибо идти против совести неправильно и опасно! На сем стою и не могу иначе. Бог да поможет мне. Аминь».
Этот удивительный монах противопоставил себя древнему и почти универсальному миропониманию человечества. Однако, именно такая совесть, покорная Слову Божьему стала отправной точкой в реформировании церкви. Не маловажен тот факт, что в Вормсе Лютер был обвинен не в новой ереси, а в отстаивании взглядов людей, живших до него. Среди них был английский проповедник и богослов Джон Уиклиф, которого называют утренней звездой реформации.
Уиклиф старательно постигал истину, обнаруженную им в латинском переводе Библии. Будучи ректором колледжа Боллиоль в Оксфорде, он часто проповедовал в университете, где его называли доктором Евангелия. Читая Книгу Даниила, он тоже отождествлял антихриста с папской властью. Вскоре из-за своих обличений клира он должен был покинуть Оксфорд.
К ужасу епископов, это не уменьшило его популярности. Оставаясь священником прихода в Латерворд Лечестерше, Уиклиф продолжал требовать от епископов, клира и дворянства реформировать церковь. Вероятно, самым большим вкладом Уиклифа следует считать то, что под его руководством был осуществлен перевод Библии на английский язык, что послужило основанием для последующей реформации. Благодаря этому в Англии был зажжен свет, который не меркнет и поныне.
Уиклиф умер в декабре 1384 года после удара, случившегося с ним во время Вечери Господней прямо в церкви. По решению Констанцского Собора сорок лет спустя его останки были выкопаны из могилы и сожжены, а пепел был брошен в соседний приток реки Эйвон - Свифт.
Одним из тех, на кого оказало влияние учение Уиклифа, был чешский реформатор Ян Гусс.
Подобно Уиклифу, Гусс настаивал на том, что верующий не обязан держаться соборных постановлений, если они противоречат Закону Христа. Библия всегда имела для Гусса первостепенное значение. В 1412 году король подверг его опале, Гусс объявил, что причиной этого стало то, что он проповедовал Евангелие Христа и разоблачал антихриста. В скором времени Гусс был обвинен в ереси. Император Сигизмунд гарантировал ему безопасность в Констанце, но прибывшего в этот город Гуса вероломно схватили и бросили в темницу.
Тот же самый Собор в Констанце, который постановил потревожить прах Уиклифа, 6 июля 1415 года возвел на костер Гусса.
В каждом веке у Бога были верные свидетели, стоявшие за истинное Евангелие. Не всегда в своем понимании Слова Божьего они были свободны от заблуждения, но они любили Господа и Его Слово, следуя Ему так, как они Его понимали.
Пророк Даниил использовал образы зверя и рогов для того, чтобы возвестить великое религиозное отступничество, в результате которого, оставшиеся верными, подвергнутся преследованиям. В 12 главе Откровения Иоанн также употребляет символы, которые раскрывают опыт народа Божьего, оказавшегося в руках этой власти. Он описывает ужасные сражения красного дракона с прекрасной женой и ее младенцем. Дракон определяется как древний змий, называемый диаволом и сатаною, обольщающий всю вселенную. Прекрасная жена олицетворяет собою верную церковь Божию.
О начале этой борьбы повествуется в 3 главе Книги Бытие. Бог сказал, что Он положит вражду между змеем и женою, а также между потомками обоих. Автор Откровения видит продолжение этой вражды, выразившийся в ненависти дракона змия к жене. Он описывает жену, обличенную в солнце, стоящую на луне и увенчанной диадемой из 12 звезд. Она живет с трепетным ожиданием появления на свет Иисуса.
Дракон также с нетерпением ждет этого рождения. Когда ему не удается пожрать младенца, он обращается против жены, то есть – церкви. Здесь у него те же приемы, что и в борьбе с Иисусом. Сначала он пускает в ход жестокие преследования, пытается уничтожить ее физически, а затем коварно действует через заступническую церковную систему, которая похоронила Истину Божию под пластами приданий. Однако Апостол Иоанн побуждает нас размышлять не об одних только страданиях верующих, он показывает, как Бог хранит своих верных детей в пустынных и уединенных местах.
Оба, Даниил и Иоанн, предсказывали преследование Божьего народа и называли одинаковый временной период. В Книге Даниила он обозначен как время, времена и полу-время или 1260 дней. Об этом же периоде говорится и в 6 тексте 12 главы Откровения: «А жена убежала в пустыню, где приготовлено было для нее место от Бога, чтобы питали ее там тысячу двести шестьдесят дней». Но идет ли здесь речь о буквальных днях?
Уже две тысячи лет тому назад исследователи Библии открыли принцип толкования дня, как года. Еще задолго до Рождества Христова иудейские переводчики Ветхого Завета на греческий язык впервые использовали этот принцип.
Начиная с XII столетия, христианские комментаторы считали, что 1260 дней – это 1260 лет. В этот период церкви надлежало бежать от дракона, и Бог приготовил ей надежное убежище. Одно такое убежище, где сохранялась Евангельская истина, находилась в северной Италии. Епископ Милана Амвросий, живший в конце IV столетия, придерживался основных Евангельских истин и трудно отличить его взгляды от тех, что отстаивались протестантами тысячелетия спустя. Здесь, в области, лежащей к западу от Милана, остались приверженцы веры ранней церкви, которые выступили против суеверий и возрастающего отступничества церкви. Клавдий, епископ Турина, часто называемый протестантом IX столетия, также высоко чтил авторитет Писания.
Высокие горы и уединенные долины стали надежной защитой для вальденцев, - этих благороднейших и старейших свидетелей истины, которых можно считать церковью пустыни. Их верность и терпение являют собой в истории церкви величайший пример посвящения. Многие полагают, что название «вальденцы» происходит от имени Петра Вальдо, который руководил в конце XII столетия движением Лионских бедняков. Но история свидетельствует о том, что группы Евангелических христиан, сохранивших учения ранней церкви, существовали в северной Италии задолго до Вальдо. У духовного центра вальденской церкви в Торрофеличе находится статуя Энрико Арно – знаменитого вождя вальденцев XVII века. Их называли также «вудуа». Однажды, этот великий человек сказал о своем народе: «Вудуа – это, по существу, истинные потомки тех беглецов из Италии, которые после того, как там проповедовал Павел, покинули свою замечательную страну и бежали подобно жене, упоминаемой в Откровении, в эти дикие горы, где они до сего дня передавали Евангельскую истину от отца к сыну в той частоте, как проповедовал ее Павел».
Историки свидетельствуют, что ничто не могло послужить таким хорошим убежищем для гонимых вальденцев, как эти долины. Горные хребты, переходя один в другой, образовали неприступную крепость, которая, будучи приготовлена для них самим Богом, успешно защищала этих людей от папских преследований.
Посреди этих гор находится большая долина Пра Дель Торно. В эту долину, орошаемую рекой Ангрогна и изобилующей нивами, пастбищами, фруктовыми и каштановыми деревьями, бежали от преследований вальденцы. Здесь же, среди суровых гор, обучались их миссионеры. Их единственным учебником была Библия. За столетия до того, как возникло книгопечатание, они выучивали наизусть Евангелие и Послания.
Здесь же можно увидеть каменный стол, на котором учащиеся должны были по очереди писать на своем родном языке отрывки Священного Писания. Вальденцы были среди первых, кто перевел писание на свой родной язык.
Позднее вальденцы принялись торговать, путешествовать по Южной и Центральной Европе. Поскольку у каждого из них всегда был припрятан экземпляр Нового Завета, любой вальденец мог предложить своим покупателям нечто большее, чем земные товары. Вальденцы приобретали все большее число последователей, влияние их ширилось и Римская церковь была этим обеспокоена. Становилось ясно, что распространяясь, это движение, в конце концов сможет сильно подорвать позиции Рима, удерживаемые на протяжении веков.
В начале IV века начались ужасные зверства папских инквизиторов. Скромные и миролюбивые вальденцы стали частью церкви-пустыни, о которой предсказывал в Откровении Иоанн. О ней в 12 главе этой книги говорится: «Но земля помогла жене, и разверзла земля уста свои, и поглотила реку, которую пустил дракон из пасти своей». Так и вальденцы во время преследований нашли убежище в горах.
Дремучие леса, делавшие непроходимыми горные склоны, были их единственной защитой. Когда деревни и церкви этих мирных жителей вновь и вновь уничтожались, они обретали жилище и храм в горных пещерах.
Одна такая пещера находится недалеко от Пра Дель Торно, в долине реки Ангрогна. Ее называли пещерной церковью. Нетрудно понять, почему враги вальденцев не могли обнаружить подобное убежище.
Это было время гонений и страха, но между людьми царило подлинное братство. И беженцы из ближних мест, и пришедшие издалека, встречались здесь, в глубинах земли обретали покой и защиту.
В 1487 году, ровно через четыре года после рождения Лютера, папа Иннокентий VIII решил почистить долины от их жителей. Он обещал, что все, принимавшие участие в этом крестовом походе, автоматически получат прощение грехов. Так собралось большое войско, возглавляемое Альбертом де Каттанео. Этот военачальник расположился лагерем у подножия Большого Кастелуце, неподалеку от столицы долины Торрофеличе. В надежде предотвратить катастрофу, вальденцы послали двух человек ему навстречу. Таким образом, они надеялись запугать Каттанео, однако, они глубоко заблуждались. Военачальник разделил свои войска на две части и один из отрядов послал через долину Феличе, чтобы захватить деревни Вилларо и Бобио, а жителей вынудить бежать в горы. Другой отряд он решил вести через долину Ангрогна прямо на Пра Дель Торно, где хотел соединиться с первым отрядом.
В то время дорога в Пра была почти полностью перекрыта крутым земляным валом, проходившим через ущелье со столь узким выходом, что в нем едва могли разойтись два человека. Сегодня тут достаточно места для проезда машин.
Здесь, близ Пра Дель Торно, вальденцы собрались дать последний отпор, но, прежде всего, они в молитве предали себя Богу. «Быть может, придет ангел и преградит путь врагу или мерцание огня Божественной Истины будет, в конце концов, погашено…»
Когда войско Каттанео приготовилось вступить в узкий проход, вальденцы заметили маленькое облако над одной из ближайших горных вершин. Оно быстро увеличивалось в размерах, становилось темнее и вскоре опустилось в долину. Гутой туман привел преследователей в замешательство. Пользуясь преимуществом изменившегося положения, вольденцы по тайным тропам поднялись выше нападавших и сверху стали сбрасывать на солдат большие камни. В возникшей панике и неразберихе войска Каттанео, по ошибке, вступили в сражение между собой, и мало кто уцелел в этой бойне.
Около 1530 года весть о реформации, которая набирала силы и распространялась в Германии, Швейцарии, Франции достигла долин, где обитали вальденцы. В то время их силы и число были весьма незначительны, однако, услышав о новых героях веры, они вспомнили о своих собственных прошлых победах. Швейцарские реформаторы радовались, когда узнали о церкви, которая уже столь давно утвердилась на Библейском основании. Было решено собрать всеобщий Синод, чтобы определить, каким должно быть отношение между церковью Альп и реформацией. В 1532 году такой исторический Синод собрался недалеко от Пра Дель Торно. Не смотря на то, что не по всем пунктам удалось прийти к согласию, был подтвержден примат Библии. Вальденцы, в качестве своего вклада в дело реформации, обещали сделать перевод Библии на французский язык. Эту задачу взял на себя Оливитано, родственник Жана Кальвина. Это был настоящий дар от церкви, которая своим существованием на протяжении столетий была обязана тем истинам этой Книги, которых она держалась все это время.
К несчастью, с началом реформации гонения на вальденцев не прекратились. Более того, они еще усилились. И в XVII веке достигли своего апогея. Время залечило раны кровавой расправы, совершившейся на Пасху 1655 года, но неизгладима память о тех событиях, произошедших среди скал и расщелин Большого Кастелуце.
Эта памятная доска указывает место пещеры у подножия Кастелуце, где вальденцы так часто искали защиты от преследования. В конце апреля 1655 года беженцы хотели укрыться здесь снова, но на этот раз их обнаружили. Одного за другим из пещерной темноты выводили мужчин, женщин, детей и бросали в страшную бездну.
Вся протестантская Европа была охвачена болью и скорбью. Слепой английский поэт Джон Мильтон написал замечательный сонет, посвященный мученикам Кастелуце:
Господь, воздай савойцу за святых,
Чьи трупы на отрогах Альп застыли,
Чьи деды в дни, когда мы камни чтили,
Хранили Твой завет в сердцах своих,
Вовеки не прости убийце их
Мук, что они пред смертью ощутили,
Когда их жен с младенцами схватили
И сбросили, глумясь, со скал крутых,
Их тяжкий стон возносят к небу горы,
Их прах ветра в Италию несут -
В край, где царит тройной тиран, который
Сгубил невинных. Пусть же все поймут,
Узрев Твой гнев, что призовешь Ты скоро
Блудницу вавилонскую на суд.
Материал взят из произведения "Keepers of the Flame" by Dr. Allan Lindsay
Но вот говоря о «призывах Лютера к изгнанию иудеев и разрушению синагог», важно заметить, что Лютер не всегда поддерживал преследования евреев. Например, в своем комментарии на Псалом 22 Лютер осуждал тех, кто не способен ни на что, кроме как «преувеличивать проступки евреев по отношению к Иисусу Христу и тем самым сеять озлобление против евреев в сердцах верующих». Конечно же, Лютер ожидал, что многие евреи уверуют во Христа после его проповедей.
Но евреи не собирались принимать христианство. В «Застольных беседах» Лютер жалуется на «неподатливых евреев с железным сердцем и упрямых, как дьявол». Два других трактата «О евреях и их лжи» и «О непроизносимом имени Божьем» содержат очевидные антисемитские настроения.
Евреи обвинялись в том, что Талмуд для них значит больше, чем обетование Ветхого Завета, т. е. они, как и Католическая Церковь, ставят предание выше Божьего слова.
Вот что пишет Роланд Г. Бейнтон, (профессор церковной истории Йельского университета) об отношении Лютера к евреям и о его скандальных трактатах.
«…Можно лишь сожалеть, что Лютер не умер до того, как был написан этот трактат. Следует, однако, уяснить суть его рекомендаций и причину их появления. Лютер стоял на сугубо религиозных позициях, и ни в коем случае его нельзя считать расистом. Он воспринимал как величайший грех то, что евреи упорно отрицали откровение Господа о Себе, явленное во Христе. Ведь многовековые страдания еврейского народа воспринимались как знамение недовольства Бога. К евреям необходимо применить территориальный принцип. Нужно заставить их покинуть Германию и уйти в собственные земли. Это была программа насильственного сионизма.
……. Ирония ситуации заключалась в том, что Лютер оправдывал себя, призывая гнев Иеговы на тех, кто поклоняется иным богам. Лютер не желал слушать никаких доводов, ставивших под сомнение истинность подобного представления о Боге, однако он мог бы вспомнить, что само Писание не одобряет запугивание человека угрозой Божественного наказания»
Никто не идеализирует реформаторов. Но, то что они сделали положительного в своё время, это, безусловно, заслуживает нашего внимания.